Сегодня 23 октября 2012 г., Вторник
Портал администрации
города Алексин

По вашему мнению, что главное в жизни?

Семья
Карьера
Целеустремленность
Любовь




Алексин - город мастеров

Городничева Татьяна Владимировна,
заведующая  отделом истории
МУК «Алексинский художественно-
краеведческий музей»

После Смутного времени постепенно жизнь в Русском государстве налаживалась, входила в прежнее русло. В XVII веке Россия вступила в новый период своей истории. В области социально-экономического развития он сопровождался началом  формирования всероссийского рынка. 

Так, в России XVII века возникали принадлежавшие торговому частному капиталу различные предприятия, по выделке кожи, переработке сала, приготовлению солода. Причём в их возникновении активно участвовало западноевропейское купечество.

Добыча руды, производство железа и различных железных изделий в Тульском крае – традиция очень давняя. Но в XVII веке здесь впервые в России рождается промышленное производство – металлургическая и железоделательная промышленность.

В 30-х годах был основан комплекс железоделательных и оружейных предприятий в районе Тулы, Каширы и Алексина. Его владельцами были А. Виниус, Ф. Акема, П. Марселис.

На притоке Оки – Вепрейке, между Тарусой и Алексином в 1668 году П. Марселис строит значительный по тому времени доменный завод, на котором использовался не только ручной труд, но и применялись передовые по тому времени достижения западноевропейской техники и технологии. Здесь действовал полный цикл производства – от переработки руды и выплавки металла до выпуска готовых изделий из железа. На речке Выпрейке близ села Коптева была возведена плотина. Из образовавшегося пруда шла труба к моховому колесу домны. Ниже плотины стояла сама домна, высотой примерно 8,5 метра, около которой находился молотовой амбар с кирпичным горном и 20-ти пудовым молотом. Рядом с амбаром «зделан сверлёной дубовой анбар, в нём сверлят пушки». Слева от амбара была сооружена плавильная печь, в которой отливали ядра и гранаты. Неподалёку  - два сарая для хранения угля и готовых изделий. Напротив этих складов устроена кузница с кирпичным горном и трубой.

Руду на завод доставляли из Дедиловских рудников, дрова заготавливались под Алексином. На Вепрейском заводе изготовляли помимо ядер и гранат, прочее чугунное литьё: котлы, пищали, весы, гири и т.п.

В 1690 году завод перешёл в казну и был пожалован Петром I боярину Л.К. Нарышкину и в скором времени пришёл в полное запустение.[1]

Интенсивное строительство металлургических заводов-мануфактур в Алексинском уезде развернулось в эпоху Петра I. В разгар Северной войны в 1707 году промышленником Никитой Демидовым был выстроен железоделательный завод на реке Дугне. После указа Петра I, вышедшего 25 июня 1707 года, в котором говорилось: «И они де Никита и Григорий, приискали такое угожее место к железным заводам…в Алексинском уезде Любуцкому стану в селе Спасском, на речке Дугне…». И далее «а на той выше писанной речке Дугне железные заводы строить ему, Григорию…своими деньгами и работными людьми и жене его и детям, что к тому заводу понадобится к угодью, то и строить…». И на тех заводах построить плотины и спуски, плавильные печи и всякое мастерское и дворовое строение. И на тех железных заводах железную руду плавить и делать всякие воинские железные припасы самым добрым мастерством».[2] Правительство приписало к Дугненскому заводу крепостных крестьян из близлежащих деревень, а мастера были привезены из Тулы. Дугненские умельцы отливали ядра и пушки,  для молодого Российского флота изготовляли цепи и якоря.

В 1716 году Дугненский завод  был продан за 1000 рублей младшему сыну Никиты Демидова Никите Никитовичу Демидову. Разрушенный половодьем, завод был восстановлен заново (с переносом площадки) и начал действовать в начале 1722 года.[3] Располагался он в 20 верстах от Алексина. В начале на заводе были 1 домна и 2 горна, а к 1727 году – уже 3 домны и 6 горнов. Чтобы увеличить плавку, Демидов неоднократно приказывал перестраивать домны, постоянно их совершенствуя, каждая из них давала за сутки от 70 до 200 пудов чугуна. Наибольшим спросом пользовался высокосортный дугненский металл у тульских оружейников. Продукция Дугненского завода, поставлявшаяся по казённым заказам, хорошо себя зарекомендовала в армии и флоте.[4] Торговыми партнерами, закупавшими продукцию, выступали купцы из Москвы, Тулы, Смоленска, Калуги, Вязьмы, Воронежа. Изделия Дугненского завода охотно покупали купцы из Украины.

В1754 году был опубликован указ о закрытии подмосковных заводов, в связи с тем, что лесному хозяйству наносится непоправимый ущерб. Дугненский завод оказался на грани закрытия. Евдокиму Никитовичу  Демидову (1713-1782) – старшему сыну Н.Н.Демидова, которому при разделе имущества отца достался  Дугненский завод, удалось избежать закрытия  путём направления протеста  в Сенат, в котором отмечалось, что завод хотя и стоит в 170 верстах от Москвы, но ущерб лесному хозяйству Подмосковья  не наносит, т.к. вблизи завода дров на угольное жжение в лесу нет и не покупается, а лес доставляется с верховий Жиздры и Угры в Оку, на которой и стоит завод.  В пользу сохранения Дугненского завода Е.Н. Демидов привел ещё два аргумента: на заводе заготовлено такое количество сырья, что его невозможно переработать в течение пяти лет, и, кроме того, железо завода  «против других тамошних заводов кроме сибирских являлось способнее для производства оружия, а близость завода к Туле (40 вёрст) создаёт удобство для использования его продукции Оружейной канцелярией».

Сенат предложил Берг-коллегии освидетельствовать завод Демидова и прислать свое мнение. То ли возымели свое действие «законные резоны», то ли были пущены в ход «подношения», но Демидову удалось избежать закрытия Дугненского завода. В 1777 году в результате губернской административной реформы, территория завода отошла к Калужской губернии.

В начале ХVIII в. Григорий Никитич Демидов купил за 1500 рублей д.Сементиново на реке Рысне в стане Старое Павшино Алексинского уезда в тридцати верстах от Алексина. В 1726 г. он приступил к строительству здесь нового вододействующего молотового завода, однако не смог довести его до конца «за недопущением помещиков».

После смерти Г.Н. Демидова (1728) д. Сементиново перешла к дочери от первого брака Акулине, которая  была замужем за Ильей Ивановичем Даниловым. В сентябре 1740 г. А.Г. Даниловой повторно было получено разрешение на строительство в Сементиново завода, оборудованного одним действующим и одним запасным молотами. Выпуск металла не превышал 7000 пудов полосного железа в год. Металл поставлялся на Тульский оружейный завод. В 1769 г. А.Г. Данилова оставила Сементиновский, а так же Верхотулецкий молотовые заводы «от неимения руд и лесов». В июне 1770 г. оба завода были куплены Иваном и Андреем Родионовичами Баташевыми за 10500 рублей. Их интересовали не столько заводы, сколько обученные кадры - 135 душ крестьян, которыми на посессионном праве владела А.Г.Данилова. 31 мая 1771 г. Берг - коллегия разрешила закрыть Сементиновский и Верхотулецкий заводы.

В первой половине ХVIII в. под Алексином на противоположном берегу Оки, неподалеку от устья впадающей в нее реки Мышеги был основан крупный вододействующий металлургический завод выходцами из Тульской Оружейной слободы кузнецами-оружейниками братьями Мосоловыми. Старший из братьев, Максим Порфирьевич с Никитой Демидовым поставлял в Оружейную палату наибольшее количество ружей.

В челобитной, поданной в государственную Берг - коллегию 25 июля 1728 года, Мосолов писал, что он давно имел « охоту к переплавке в ручных горнах руды в чугун в деле железа», теперь же вместе с братьями решил «в пользу общенародную» построить «своим коштом» водяной железный завод на речке Мышеге (в дачах Пафнутия Боровского монастыря).[5]

2 августа 1728 года Берг-коллегия вынесла решение, а 7 августа Максиму Мосолову с братьями Алексеем, Иваном - большим и Иваном - младшим были даны «указ с прочетом» и «печатная привилегия» на постройку завода. У архитектора Дородея  братья Мосоловы взяли под строение 10 десятин земли в оброк, с платой по 17 рублей в год, и приступили к строительству. Завод дал первую плавку в конце 1729 года. Стоимость его постройки составила 17 тысяч рублей.

Место, где располагался завод, было территориально выгодным. В узком русле небольшая плотина надежно перекрывала течение реки Мышеги и заставляла ее крутить водяное колесо, которое в свою очередь приводило в движение заводские механизмы. Ни одна операция, связанная с производством чугуна, железа и обработкой изделий, на заводе не совершалась без участия воды в качестве двигательной силы. Вода приводила в движение мельничные колеса, от которых работали меха кузнечных и доменных горнов, опускались и поднимались огромные молоты, приводились в действие сверла и точильные станки. Покупная железная руда доставлялась на подводах, а близость Оки давала возможность получать сплавом строительные материалы и уголь из лесосек: «Железная руда к плавке чугуна на завод привозится из Тульского уезда и копается из купленной хозяев его, Мосоловых, земле близ деревни Судакова и Стрекалова, называемая судаковская и стрекаловская, оная же руда покупается и в Туле у разных помещичьих крестьян». «На купленной хозяевами завода земле руда копается собственными крестьянами и наемными работными людьми, и те рудокопные места от Мышегского завода расстоянием в пятидесяти верстах и больше и оная руда с рудокопных мест до Мышегского завода перевозится собственными и наемными из помещичьих крестьян подводами. Руда полагается в одну и разные кучи и в доменный горн употребляется обожженная».  «Угля на Мышегском заводе сухого елового, дубового и осиного довольное число и содержится в двух сараях под покрышкою, также и в разных кучах». Уголь «привозится из Калужского, Тарусского и Одоевского уездов в расстоянии от заводу от десяти, от пятнадцати и от двадцати верст и больше. Покупается от крестьян мерою и возами по вольной цене, также привозится и водой плотами».

Мышегский завод того времени был типичным железоделательным заводом с водяным двигателем, домной, молотовым амбаром и кузнечным горном. На заводе выплавлялся металл на продажу, и изготовлялись простейшие изделия, главным образом посуда и другие предметы домашнего обихода. На работах использовались наемные рабочие из разорившихся крестьян и кустарей.

Государство поощряло частных предпринимателей, стремившихся вложить свои капиталы в прибыльные отрасли промышленности, особенно в металлургическое производство, имевшее огромное значение для укрепления военного потенциала страны. За короткое время предприятие получило достаточное по тому времени развитие. Этому способствовала благоприятная рыночная конъюнктура, сложившаяся к 30 - м годам XVIII века.

Еще до окончания строительства Мосоловы, убедились, что снабжать крупное предприятие покупкой руды дело рискованное, и обратились с просьбой отвести им место для добычи руды. 14 января 1730 года последовал указ Берг - коллегии Тульскому воеводе Шепелеву о разрешении Мосоловым добывать руду в Малиновой засеке близ Тулы. Три года спустя в 1733 г., Мосоловы решили расширить производство и обратились с просьбой разрешить им построить доменный и молотовый заводы в Медынском уезде и поставить вторую домну на Мышегском заводе. Разрешение было получено. Мосоловы добились также разрешения на покупку к заводам земли и 200 душ крепостных крестьян с тем, чтобы крепостные всегда были при заводах.

Во время Русско-турецкой войны 1735-1739 гг. предприниматели получали заказы на изготовление военной продукции. На Мышегском заводе отливались чугунные ядра для действующей армии. 

В XVIII в. производство металла на Мышегском заводе колебалось: чугуна в
пределах 14,8-43,5 тыс. пудов, железа от 4,0 до 28,9 тыс. пудов. Максим Мосолов прилагал усилия к расширению и реконструкции, заменяя деревянные сооружения каменными, производил капитальный ремонт домны.

В августе 1754 г. вышел указ Сената о закрытии  в радиусе 200 верст от Москвы, металлургических, стекольных и винокуренных заводов, потреблявших много леса на топливо. Однако Мышегский завод по представлению Тульской оружейной канцелярии был оставлен действующим для приготовления железа и чугуна Тульскому оружейному заводу.

С момента основания Мышегского завода и до 1755 г. хозяйство Мосоловых находилось в нераздельном  владении  четырех братьев: Максима, Алексея, Ивана и Ивана - младшего. К тому же у братьев уже были взрослые сыновья. После смерти Алексея Порфирьевича Мосолова начался длительный процесс описания и раздела их имущества и распад компании Мосоловых, была создана специальная комиссия из чиновников Берг - коллегии по разделу имущества, из-за которого, хозяйство Мосоловых находилось в кризисном состоянии. В октябре 1759 г. в Берг-коллегию пришло донесение, что на Мышегском заводе все работы приостановлены, а запасов руды и угля не имеется. В результате раздела имущества, длившегося 5 лет и закончившегося в 1760 году, все хозяйство разделилось на четыре равноценные части и было распределено по жребию между участниками спора. Максиму Мосолову первая часть, в которую вошли Мышегский завод с парусной фабрикой, мучной и пильной мельницами. После смерти Максима Мосолова в 1768 г. его наследниками остались сыновья — Василий и Антип. 13 июля 1768 г. они обратились в Берг-коллегию, чтобы полюбовно разделить между собой наследие. Мышегский завод со всеми сооружениями достался младшему сыну - Антипу.

Стараниями нового владельца завод получил дальнейшее развитие. Увеличилось число мастеровых и работных людей: к 1807 г. их стало уже 62. Возросла и производительность предприятия. Согласно данным немецкого горного инженера Германа, работавшего в России, на Мышегском заводе к началу XIX в. произведено было 195000 пудов чугуна и 1264974 пудов железа.[6]

В начале XIX века, после смерти Антипа Мосолова, его сын Иван получил в наследство Мышегский завод.

Многочисленные представители горнорудной фамилии Мосоловых в мае 1790 г. получили дворянство, которого добивались в течение 25 лет, и были внесены в родословные дворянские книги по Нижегородской, Тульской Калужской, Уфимской и Рязанской губерниям.

Отставной поручик Иван Антипович Мосолов 20 мая 1808 г. передал Мышегский завод в вечное и потомственное владение своим замужним дочерям коллежским советницам Алимпиаде Мосоловой, Александре Загорской и статской советнице Анне Овцыной, которая 2 июля этого же года купила у сестер принадлежавшие им две части и через две недели целиком продала завод генерал-майору Александру Алексеевичу Чесменскому.

Новый владелец укомплектовал завод собственной рабочей силой - крепостными крестьянами из своих вотчин, в результате число принудительно занятных людей на предприятии возросло. Если в 1841 г. вольнонаемные составляли 76,5% от общего числа работников, а принудительно занятые - 23,5%, то, в 1861 г. соответственно 64,5 и 35,5%%. Принудительный труд имел даже некоторую тенденцию к увеличению. Это объясняется монопольным положением завода, стремлением сохранить его путем создания постоянных кадров квалифицированных рабочих, владевших секретами производства. В условиях крепостной системы нелегко было найти вольнонаемных мастеров высокой квалификации и удержать их на предприятии в течение длительного времени. Создать такие кадры, прежде всего, можно было посредством отрыва собственных крестьян от земли и привлечение их к заводу.

О положении мышегских рабочих в это время подробных сведений не имеется. Но оно ничем не отличалось от положения мастеровых на других заводах и фабриках. В лучших условиях находились иностранные мастера, которых многие русские заводчики, выписывали к себе на заводы. Иностранцы работали на Мышегском заводе. Почти все они имели собственные дома при заводе, получали приличные оклады.

В период Отечественной войны 1812 г. деятельность Мышегского завода всецело была направлена на военные нужды –  изготовлялись для армии разного калибра ядра, гранаты и картечь.

После изгнания наполеоновской армии из России, Мышегский завод специализировался на изготовлении фигурного литья. Изделия завода – надгробные памятники, литые архитектурные украшения, садово-парковые художественно выполненные ограды появляются в Москве, Туле, Киеве. Прекрасным памятником мастерства Мышегских литейщиков является ограда Александровского сада в Москве около Кремля.

В 1820 г. А. А. Чесменский умер, Мышегский завод перешел к его жене, а в 1824 г. куплен с аукционного торга князем Яковом Даниловичем Бибарсовым. Завод приобретает еще более широкую славу своим художественным литьем. Чугунные арки, колонны, скульптурные украшения и памятники, изготовленные на Мышеге, входят в архитектурные ансамбли лучших творений прославленных русских зодчих. В память об Отечественной войне 1812 г. была сооружена большая триумфальная арка, чугунные скульптурные детали которой изготовлены в большей части на Мышегском заводе. Мышегскими умельцами было отлито чугунное литьё памятника, посвященного событиям 1812 г. в с. Тарутино. 

Екатерина Гавриловна Бибарсова после смерти мужа по завещанию получила 1840 г. Мышегский завод с деревнями: Стопкино, Гримицы, Слободка и др. В 1840 г. по ведомости Калужского мануфактурного комитета на заводе княгини Бибарсовой насчитывалось 188 рабочих; из них 109 являлись посессионными, 25 помещичьими оброчными крестьянами и 54 вольнонаемными. Ими было отлито за год 98 тысяч пудов чугуна. Завод продолжает славиться фигурным литьем, вместе с Дугненским заводом участвует в значительных поставках чугунных труб и других изделий по казенным нарядам.

В период Крымской войны  1853-1856 гг.  на Мышеге выполнялись заказы на изготовление артснарядов – бомб и ядер. Выплавка чугуна в 1859-1861 гг. колебалась в пределах 100-130 тысяч пудов. При заводе имелись: училище, больница на 15 коек, богадельня на 12 человек.

Заводу принадлежало 171  десятина 1600 сажень земли. Числившаяся казенная земля при заводе не досталась мастеровым при освобождении их от крепостной зависимости.  Уже после объявления Манифеста  19 февраля  1861  г., владелица оформила покупку этой земли в частную собственность.

После смерти княгини Бибарсовой в 1870 г. завод перешел по наследству к генеральше Л.Х. Хрущевой, в 1880 - к Е. Д. Огаревой, а в 1895 г. - к купцу В.М. Ковригину. В 1897 г. Мышегский завод с карьером и рудниками переходит  Бельгийскому «Акционерному обществу Тульских доменных печей». На заводе устанавливается электростанция, производство оснащается новыми силовыми установками и механическим оборудованием, увеличивается выпуск продукции и улучшается ее качество. На завод ежедневно приходят десятки вагонов с коксом и чугуном с юга и рудой из-под Тулы, а с Мышеги в Москву, Пермь, Тулу  отгружались готовые водопроводные трубы и соединительные части к ним.

В феврале 1906 г. Бельгийская компания закрыла завод,  работы на котором возобновились лишь в 1913 г.

В 1740 году в 30 верстах от Алексина на реке Скниге тульский кузнец И. Данилов построил ещё один крупный железоделательный завод, поставлявший однополосное  железо в Тульскую оружейную слободу.

Последняя железоделательная мануфактура на территории Алексинского уезда была построена в 1742 году тульским заводчиком и купцом Федором Кузьмичем Мосоловым на реке Дубне в 50 верстах от города для выплавки чугуна и изготовления посуды. Продукция завода сбывалась в Петербург, Ригу и украинские города.[7]

Со второй половины 50-х годов XVIII в. многие железоделательные заводы на территории Алексинского уезда были закрыты в связи с изданием указа о сохранении лесов вокруг Москвы.

К середине XVIII столетия в районе Алексина стали появляться купеческие мануфактуры по переработке сельскохозяйственного сырья.

На посессионных началах по выданному в 1749 году Мануфактур-коллегией указу тульским купцом  Ларионом Лугининым в селе Алешня была построена парусиновая фабрика на 225 станов.[8] А уже к  20-м годам XIX века она представляла собой «мастерских каменных в два этажа, десять светлиц длины на сорок пять и ширины на пяти саженях трехаршинной меры. В 4-х светлицах по 16, а всего 64 стана. В одной 20 станов, а в трех светлицах работ не имеется. В том же корпусе в одной светлице столярня. А в одной работают на 20 станах разные бумажные изделия. В другой линии мастерские каменные в 2 этажа: шесть светлиц мерой длины на двадцати шести шириной на пяти саженях. В каждой по 26, всего девяносто шесть станов, на которых работают парусные полотна и полупарусина. В третьей линии мастерских каменных в 2 этажа длины на сорок, ширины на шести саженях и двух аршин четыре светлицы, из которых две пустых. В одной пряжу мотают и основу… и в одной светлице 32 стана работают… А всего во всех мастерских 180 станов для выработки паруса и полупарусины и 52 стана для бумажных и льняных изделий… А в той же линии вверху контора, две кладовые палатки. Четвертая линия каменных строений для кладовых амбаров, где хранится пенька, пряжа и прочее: длины на двадцать саженей… один амбар деревянный длины девять и ширины три сажени и один аршин. Один корпус деревянный, в нем длины двенадцать и ширины 4 сажени, в коей кузня и шлихтоварня крыты тесом».[9]

Подобного размаха промышленных заведений в уездных городах Тульской губернии на протяжении всего XIX в. не было.

В начале 60-х годов XVIII столетия московский купец 1-й гильдии П. Струговщиков выстроил «своим коштом» суконную фабрику «для поставки сукон и каразей» солдатских на Сементиновском заводе.[10]

В самом городе в 1795 г. купцами Федором и Иваном Масловыми была открыта парусная полотняная фабрика, «которая год от году увеличивалась постепенно и доведена до ея совершенства, состоит из 63 станов и к сей фабрике покупаемы были деревни в 1801 г.».[11] В 1810 г. фабрика перешла по наследству к детям Федора. Деятельность фабрики «оживляла жизнь в городке», потому что многие мещане служили на ней, другие брали работу на дом, третьи ходили с транспортом, четвертые занимались поставками сырья на фабрику и т.д. Однако, когда  хозяин надумал увеличить производство и закупил станки, построил новые каменные здания – падение цен на парусное полотно привело к упадку производства, «новые здания стоят без дела, обороты фабрики упали, а от того потерял весь город».[12]

В конце XVIII в. в Алексине действовали шелковая (на 70 станов), суконная и каразейная (на 10 станов) фабрики. Кроме того, в городе работали солодовня и 2 кирпичных завода.[13]

К середине XIX столетия: «…заводов разных в Алексине находится 9, из них салотопенных – 3, маслобойных – 1, пивоваренный – 1, солодовенный – 1, кирпичных – 3; но все они ничтожны и не заслуживают внимания» - отмечает в своей работе И.П. Сахаров.[14]

Если в течение 40-70-х гг. XIX в. в городе наблюдается некоторое увеличение промышленных предприятий с 1 до 8, затем следует явная стагнация – на протяжении 80-х - середине 90-х гг. в городе работало только 3 предприятия. Резкое увеличение предприятий по статистическим данным 1901 г. не меняет общей тенденции на упадок промышленности (в 1904 г. действовало только 1 предприятие). По данным 1851 г. «заводы салотопенный, маслобойный, пивоваренный и кирпичный незначительны», «заслуживает внимания парусная фабрика Масловой». По данным 1867 г. в Алексине «каких-либо замечательных заводов нет», внимание современников привлекали 4 салотопенных завода, принадлежавшие купцам Золотаревым, Щукину и Щацкому, 3 кожевенных – купцам Золотаревым и Матвеевым, кирпичный - мещанину Черепецкому. Деятельность фабрик была нестабильна: резкое увеличение оборотов сменялась сокращением, а иногда и полной остановкой предприятий.

Современники, размышляя над причинами слабого развития алексинской промышленности в  XIX  веке,  отмечали невыгодную экономическую конъюнктуру и малое пространство города, стиснутое близлежащими слободами Стрелецкой, Пушкарской, Кузнецкой и Рыбацкой: «промышленность города едва ли окрепнет и процветет когда-либо, если не будут присоединены к нему ближайшие казенные слободы, с их землями и угодьями».[15]

Во второй половине столетия в Алексинском уезде действовало от 2 до 17 промышленных заведений, только в 1858 г. в уезде работало 35 предприятий (в основном суконные, винокуренные и кирпичные). Уездная промышленность была ориентирована на переработку сельскохозяйственных продуктов, а заводы и фабрики принадлежали в основном местным помещикам. [16]

Тульская губерния, одна из центрально-чернозёмных губерний России, всегда считалась земледельческой, однако это не исключало развитие в ней кустарных промыслов, в том числе не только в городах, но и в селах. Согласно документам губернской Палаты государственных имуществ от 1844 года 4,8% населения тульской казённой деревни занималась не земледелием, а промыслами. По Алексинскому уезду этот процент составлял 26,4 от общего числа казённых земледельцев.[17]

Та земельная площадь, которая имелась в распоряжении крестьянина, не могла удовлетворить всех потребностей семьи и поэтому, наряду с отхожим или извозным промыслами, значительное распространение получили местные кустарно-ремесленные.

С развитием в Туле самоварного производства, в уезде стали появляться самоварные промыслы. Предпочтение отдавалось тем волостям, которые располагались близ линии железной дороги: Суходол, Глинище, Петрушино, Грибово. Наибольшим количеством  самоварщиков выделялось Скороварово,  Извольской волости.

«Кроме того, Алексинский уезд славится своими слесарями (особенно топоры), медниками (самовары, гармоники, печные и дверные приборы). Можно пожалеть, что для такого обилия, так сказать, природных ремесленников в уезде нет ни одного ремесленнаго училища».[18] История возникновения слесарно-замочного промысла, так же как и самоварного, относится к началу XIX столетия. Промысел был заимствован из тульских слесарно-замочных мастерских. Центром промысла была Варфоломеевская волость, в которой к началу XX в. насчитывалось до 140 дворов, изготовлявших замки.

В некоторых деревнях занимались изготовлением скобяных изделий – оконных задвижек, дверных и воротных ручек, скоб, но этот вид промысла не был массовым и концентрировался  в Пластове, Суходоле, Глинище, Гурово, Клешне.

В Алексинском уезде довольно широко был развит кузнечный промысел. Кузнецы проживали почти в каждой волости. Занимались они  подковкой лошадей, ремонтом сельскохозяйственного инвентаря; были и одиночки-гвоздари, подковочники, жестянщики, мастера по производству плугов, кос, серпов, оконных и печных приборов.

Одним из первых возник в уезде деревообделочный промысел. Сырье у деревообделочника было всегда свое, приобреталось оно в рощах только за наличные. Нередко, для удешевления сырья, кустари деревообделочники объединялись в артели и сообща покупали участок леса, рубили его. На этом деятельность артели ограничивались, и далее каждый работал сам по себе. Деревообделочники делились на несколько групп: экипажное производство – санники, тележники, колесники, дужники; столярно-токарное производство – мебельщики производители оконных рам, гребенщики, ящичники и прялочники; бондарное производство – изготовление ведер, бочек, черпаков, ушатов, кадок; производство сельскохозяйственных орудий – борон, сох, граблей; производство изделий из лыка, прута, лубка (лаптей, решет, коробов, корзин).

Очень распространен в уезде был промысел по обработке животных продуктов: выделка кожи - сапожный, овчинно-скорняжный и шорный, щетиночный и кистовязный – по изготовлению платяных и головных щеток, малярных кистей. Центром производства явилась Дмитриевская волость, в которой была сконцентрирована половина щетинщиков губернии.

Портняжный промысел, как и сапожный, носил очень распространенный характер. Портной со своей машиной ходил по деревням и шил непосредственно на заказ потребителя из его же материала. Особенно много портных было в северных волостях уезда (Покровской, Кошкинской, Савинской и Яковлевской). Отхожие портные работали в Москве, Серпухове, Туле и во многих других местах.

Среди кустарных производств музыкальных инструментов и принадлежностей к ним наиболее видное место по своим размерам и значению занимало производство в Тульской губернии гармоний, балалаек, скрипок, виолончелей и других музыкальных инструментов.

Гармонный промысел в Алексинском уезде были сконцентрирован в четырех юго-восточных волостях: Варфоломеевской, Извольской, Алешинской и Першинской.

В начале XX в. возрастает спрос на балалайки и в уезде крестьяне начинают заниматься их производством. Но у этого промысла не было будущего, т.к. спрос на балалайки быстро прошел, и производство их прекратилось.

«Самый оригинальный промысел, чуть ли не исключительно присущий Алексинскому уезду – это коновальский. Занимающиеся этим промыслом обыкновенно уходят осенью и до Пасхи в разные концы России, а некоторые из них уходят за  границу – Австрию, Славянские земли и Турцию. Кроме лечения лошадей, их главного занятия, они являются посредниками при покупке и продаже лошадей. Этот промысел был развит в Дмитриевской, Иньшинской и Миротинской волостях Алексинского уезда» - писал Н.С. Смирнов в «Материалах для исследования экономического состояния крестьян Алексинского уезда Тульской губернии»[19].

Кроме перечисленных, в уезде встречались веревочники (плетение из лыка и пеньки веревки, пут для лошадей), вальщики (изготовление валенок), кирпичники (каменщики), матрацники, горшечники, игрушечники, шапочники, фуражечники, рукавичники.

В 1910 г. по числу кустарей-ремесленников Алексинский уезд занимал второе место по губернии.

«Знаменитая Ока под Алексиным, имея 40 сажень широты при трехаршинной глубине фарватера уже делается судоходною в настоящем смысле слова сего. Тут ежегодно проходят до двух тысяч барок и лесных плотов, на первых привозят к Алексину казенное и частное железо, алебастр, соль и деготь, отправляемые потом в Тулу зимним путем. Лесной сплав из Ельни, из Жиздры есть главнейший промысел жителей. Досками и тесом торгуют они в Туле и Ельце. Ока доставляет здесь промысел  целой Рыбной слободе»[20]. Богатство рыбных запасов Оки позволяло крестьянам заниматься рыбным промыслом на протяжении столетий. В XVII-XIX вв. этот промысел в Алексине процветал. Наряду с самыми обычными для того времени видами рыбы – щука, сом, судак, налим – в  больших количествах встречались осетровые – стерлядь, белуга, севрюга. Во многих местах бассейна Оки ловилась белорыбица. Немецкий дипломат Герберштейн писал про Оку: «Эта река особенно знаменита обилием рыбы…. Кроме того, она имеет некоторых особенных рыб: белуга – удивительной величины без плавников с огромной пастью; стерлядь, севрюга, осетр ...и белорыбица, т.е. белая рыба самого отменного вкуса».[21] Из Алексина и близлежащих сел ценные виды рыбы и икры поставлялись в Москву к царскому столу и на рынки соседних губерний.

Развитие промышленности с расширением товарно-денежных отношений на территории  Алексинского уезда способствовало  оживлению в торговой жизни города. Важной составляющей внутренней торговли на протяжении XIX века были ярмарки.

К середине XIX века по данным, приведенным И. П. Сахаровым, в Алексине было уже четыре ярмарки. «Ярмарок в Алексине ежегодно бывает четыре: 1. Вознесенская, в день Вознесения Господня на улице Радбуж. На этой ярмарке, кроме весенних сельских произведений природы и домашних для этого же времени потребностей, преимущественно торгуют рогатым скотом уезда и крестьянскими лошадьми, продолжается она не более полусуток и очень незначительна. Всех товаров привозится на нее не более, как на одну тысячу рублей серебром. 2. Троицкая, в день Святой троицы, - близ кладбищенской Троицкой церкви на выгоне и частично на улице Радбуж… эта ярмарка замечательна торговлею точно теми же произведениями, потребностями и скотом, как и Вознесенская, только самым небольшим перевесом суммы ценности привезенных товаров. Продолжается так же неполные сутки. 3. Козьмодемьяновская, 1 июля – при церкви Николая Чудотворца, в ограде и ближних пустопорожних местах… Эта ярмарка еще менее значительна как товарами, на нее привозимыми, так и суммой оборота. Здесь, кроме торга баранами и овцами, никакого почти скота не привозится, но собственные изделия и потребности, необходимые крестьянину для начатия полевых работ, как то косы, серпы, щепной товар и т. п. Ценность всех товаров, привозимых на эту ярмарку, так же простирается не более как до одной тысячи рублей серебром. Продолжается она так же полусутки. Четвёртая самая значительная из всех, Ивановская, в день Усекновения главы Иоанна Предтечи, 29 августа, - при церкви Предтечевской на обеих городских площадях. Заметить, однако ж, должно, что и эта ярмарка не всякий год бывает одинаково значительна. Это зависит от урожая хлеба и его уборки с полей. Впрочем, во всяком случае, значительный торг на этой ярмарке производится покупкою туземного разного рода хлеба, лошадей, скота и всяких огородных, садовных, полевых и другого рода произведений; в особенности здесь покупается много грибов. Товары, привозимые на Ивановскую ярмарку, суть: красные, юфтяные, галантерейные, кожные, полотна, сукна и тому подобное. На эту ярмарку приезжают иногородние купцы из Москвы Серпухова, Каширы, Тулы, Крапивны, Одоева, Лихвина, Калуги, Тарусы и Боровска. Оборот всей Ивановской ярмарки вращается от 25 до 30 тысяч рублей серебром; продолжается она около пяти дней.

Торги в Алексине учреждены по понедельникам и четвергам. Замечательнейшие из них бывают: перед зимним Никольским днем, пред Рождеством, на Масленице, в четверг и в чистый четверок страстной недели. В эти торги преимущественно продается хлеб, разного рода скот, птица живая и битая и соленая рыба. Остальные торги всегда более или менее незначительные и заключают в себе сбыт разных необходимых для домашнего быта произведений и изделий, а так же разного рода хлеба мелочной продажи. Вообще на торгах в течение года обращается капитала от 8 до 9 тысяч рублей серебром»[22].

С развитием железнодорожного строительства в 60-х годах XIX века для Алексина создалась угроза остаться в стороне от наиболее быстрых и удобных по тому времени путей сообщения. Строительство  в 1873-1874 гг. Сызрано-Вяземской  железной дороги, не оправдало надежд купечества, т.к. станция оказалась на противоположной стороне реки Оки. В связи с этим обстоятельством, а также усилившимся отходничеством и переселением,  население Алексина не только не росло, а имело тенденции к уменьшению.

По переписи населения 1897 года в Алексине проживало 3465 жителей (1734 мужчины и 1731 женщина). Из 1346 работавших и служивших 236 человек, по данным этой переписи были заняты в торговле и 300 различными промыслами. 228 человек занимались случайными подёнными заработками и работой по найму в качестве прислуги. Считанные единицы служили и работали на почте, телеграфе, железной дороге. Отсутствие благоприятных условий для развития (наличия полезных ископаемых, отдалённость от дорог, конкуренция более развитых сёл и городов) приводило к постепенному упадку. По количеству населения с конца XIX века, как, впрочем, и по ряду других экономических показателей, Алексин среди уездных городов губернии прочно занял предпоследнее место и не поднимался выше десятого.

Несмотря на слабое развитие экономики Алексина конца XIX – начала XX веков, торговые традиции, промышленный потенциал и богатейшие природные ресурсы создали  предпосылки для возрождения и  дальнейшего экономического подъёма Алексинского края  в XX веке.


 


[1] Зыбин С. История Тульского оружейного завода.-Тула,1980.-с.56-58

[2] Павленко Н. Развитие металлургической промышленности в России в первой половине XVIII в. – М.,1953.-с.53

[3] Тульский биографический словарь. Т.1.-Тула, 1976.-с175

[4] Там же. – с.176

[5] РГАДА. Ф.271.Оп.1.Д.150.Л.30

[6] РГАДА. Ф.271.Оп.1.Д.1071.Л.468

[7]Любомиров П. Очерки по истории русской промышленности.-М.,1947.-с.417

[8] Афремов И. Историческое обозрение Тульской губернии.-Тула,2002.-с.133

[9] Симонова Е. Экономическая жизнь провинции в XIX веке (по материалам Алексинского уезда Тульской губернии). Архив АХКМ.

[10] Малеванов Н. Алексин.-Тула,1965.-с.25

[11] Симонова Е. Экономическая жизнь провинции в XIX веке (по материалам Алексинского уезда Тульской губернии). Архив АХКМ.

[12] Военно-статистическое обозрение Российской империи. Т.VI. Ч.4. СПб., 1852. С. 63, 125.

[13] Симонова Е. Экономическая жизнь провинции в XIX веке (по материалам Алексинского уезда Тульской губернии). Архив АХКМ.

[14] Сахаров И.П. Алексин и Алексинский уезд в первой половине XIX в.- Тула,2005.-с.25

[15] Линк И.В. Материалы для статистики Российской империи.// Историко-статистический взгляд на города Тульской губернии. Алексин. Ч. 1.– СПб.,1841.– с. 122-126.

[16] Симонова Е. Экономическая жизнь провинции в XIX веке (по материалам Алексинского уезда Тульской губернии). Архив АХКМ.

[17] Охендушко С. Обработка металлов в структуре кустарных промыслов государственных крестьян Тульской губернии// Тульский металл. 4 столетия истории.–М.,1995.-с.75

[18] Памятная книжка г. Алексина и Алексинского уезда. Сост. Анофриев Г.В. и др.-Калуга, 1915. -с. 26.

[19] Смирнов Н.С.  Материалы для исследования экономического состояния крестьян Алексинского уезда Тульской губернии. 1898.-с.90

[20] Афремов И. Ф. Краткое историческое описание города Алексина с уездом его. // Тульские Губернские  Ведомости. 1844. №№ 9 – 12.

[21] Пономарёва В.М. Алексин. Страницы истории.–Тула,1998.-с.56

[22] Сахаров И.П. Алексин и Алексинский уезд в первой половине XIX в. – Тула, 2005.-с.26-27